Форум_Ўзбекистон

Талиб Якубов. О ФУНДАМЕНТАЛИЗМЕ, ЭКСТРЕМИЗМЕ и ТЕРРОРИЗМЕ

Avvalgi mavzu Keyingi mavzu Go down

Талиб Якубов. О ФУНДАМЕНТАЛИЗМЕ, ЭКСТРЕМИЗМЕ и ТЕРРОРИЗМЕ

Post by Admin on Wed Nov 10, 2010 11:36 am

Талиб Якубов. О ФУНДАМЕНТАЛИЗМЕ, ЭКСТРЕМИЗМЕ и ТЕРРОРИЗМЕ в НЫНЕШНИХ УСЛОВИЯХ

Часть 1. И.Каримов строго последователен в поддержании своего мифа

Отличительной чертой тоталитарного государства (теократического, фашистского, коммунистического и т.д.) является наличие официальной идеологии. Оно использует ее для полного духовного и практического подчинения граждан государственной власти. Помимо этого власти всякого тоталитарного (авторитарного) государства для удержания общества в своем подчинении прибегает к «услугам» внутренного и внешнего врагов, и если таковые не существуют, то они их «придумывают».

Говоря простым языком можно сказать, официальная идеология в таких государствах используется для «воодушевления» людей на трудовые и ратные подвиги, для сплочения общества, а в конечном счете - для оболванивания народа, а образ врага – для его устрашения. Идея А.Гитлера о превосходстве немцев над остальными народами мира легла в основу национал-социалистического переустройства общества. Идею коммунизма, разработанную К.Марксом и Ф.Энгельсом, главные большевики В.Ленин и И.Сталин использовали в качестве идеалогии коммунистического государства, которое должно было создаваться на месте российской царской империи.

У Ислама Каримова, пришедшего к власти в Узбекской ССР волею случая, тоталитарной идеалогии кроме коммунистической не было. Он был бы рад использовать ее и дальше в управлении нового, постсоветского государства, переименованного в «Республику Узбекистан» без двух «С», но политическая обстановка того времени исключала этот вариант. Тем не менее он сохранил в Узбекистане коммунистичекое правление с его нетерпимостью к инакомыслию, с огромным аппаратом подавления в лице правоохранительных органов и спецслужб и полностью контролируемыми государством СМИ. Его идеалогией стала « вековая мечта узбекского народа – независимость».

В Узбекистане к концу 80-х годов на волне горбачевской «перестройки», хотя намного позднее чем в ряде других советских республик, сформировалась демократическая и религиозная оппозиция. И.Каримов пришел к власти именно в момент, когда оппозиционные силы достигли высокой точки в своей деятельности. Выходцу минфина и воспитанного в коммунистическом духе руководителю необходимо было провести в обществе основательную чистку, и И.Каримов сразу окунулся в гущу событий. Помнится, одним из первых его указов было повышение зарплат сотрудников правоохранительных органов и работников системы управления в три раза.

Могу свидетельствовать, что примерно до 1993 года о терроризме и экстремизме в Узбекистане речи никакой не было. Можете проверить: возмите любую газету или любой журнал того времени, почитайте, в них вы не найдете ни слова об этих социальных зол. Впервые об исламском экстремизме написал огромную по объему статью заместитель прокурора одной из областей, излагая свое видение о ваххабизме. Заметим, что эту статью написал не ученый-исломовед или ученый-историк, а прокурор. Это был сигнал к репрессиям.

Но это не все. Осущестлялась огромная работа по подготовке к будущим массовым репрессиям против светской и религиозной оппозиции. Перечислим некоторые из осуществленных мер:

- контингент сотрудников милиции и Службы национальной безопасности (СНБ) был увеличен в десятки раз. Для сравнения: в советское время в Узбекистане число милиционеров не превышало 40.000, а к середине 90-х годов только в г. Ташкенте были задействованы более 50.000 милиционеров;

- сотрудниками СНБ и МВД в течение нескольких лет был составлен «список неблагонадежных лиц», подлежащих осуждению по разнарядке криминальных обвинений, в который вошли более 250.000 граждан Узбекистана в возрасте от 20 до 45 лет; к составлению списка привлекались негласно внедренные в мечети информаторы, участковые инспекторы милиции, руководители органов местного самоуправления, завербованные и внедренные в различные организации и объединения граждан осведомители, и т.д.; в числе неблагонадежных в список были занесены:

а) критически мыслящие имамы, независимые ученые-исламоведы, студенты догматического богословия, вплоть до учащихся средних школ с обучением арабского языка;

б) лица миссионерского склада, т.е. тяготеющие к освоению религиозно-правовых предписаний и морально-этических норм ислама, арабского языка и других литературных памятников ислама в самодеятельных кружках;

в) лица склонные к обрядности ислама, т.е. отправляющие пятничный намаз в мечети, - обязательного предписания ислама для каждого мусульманина;

г) лица причастные к бытовому исламу, т.е. которые соблюдали регламент намаза в домашних условиях и т.д.

- прошли специальную переподготовку судьи, сотрудники милиции, прокуратуры, СНБ на лояльность политике «борьбы» президента с «исламским экстремизмом», «международным терроризмом» и т.д.; все уклоняющиеся от повышения репрессивной компетенции, были уволены или осуждены; была укомплектована специальная группа следователей с садистскими наклонностями, под служебные обязанности домогательства признаний от подследственных посредством пыток; с такими же садистскими наклонностями были подготовлены сотрудники-надзиратели пенитенциарных учреждений (тюрем, колоний исполнения наказаний и т.д.);

- были скорректированы Кодексы (Уголовный, Уголовно-процессуальный, Уголовно-исполнительный и т.д.) в сторону ужесточения санкций по религиозным убеждениям (сентябрь 1994 года и далее); по мере нарастания репрессий УК РУз был дополнен новыми статьями, значительно расширяющими сферу квалификации преступлений, в частности за убеждения;

- были созданы специальные концлагеря для узников совести близ поселков Жаслык (Каракалпакистан) и Зангиота (Ташкентская область);

- были сформированы группы специалистов (работники спецслужб, следователи, юристы, историки, писатели, представители духовенства и т.д.), которые отрабатывали версификации типовых обвинительных заключений, приговоров суда и другие унифицированные документы;

- прошли «обработку» все, с небольшим исключением, адвокаты на лояльность политике «борьбы» с «исламским экстремизмом», «международным терроризмом» и т.д.; такую же «обработку» прошли работники судебно-медицинских, судебно-баллистических и других экспертиз; были созданы специальные судебно-литературные экспертные группы;

И.Каримов спешил, а его лакеи – работники министерства юстиции, прокуроры и прочие, ответственные за создание новых кодексов, отличные от советских, выполняя указания своего патрона, не очень-то вникали в суть не только терминов, но и некоторых статей УК, УПК, УИК и других госдокументов. При этом то, что эти термины и статьи могут негативно отразиться в судьбе многих людей, их не волновало.

Пример 1. Одной из страшных, политически мотивированных статей УК РУз является статья 159 (Покушение на конституционный строй Республики Узбекистан). Тысячи людей, в подавляющем своем это верующие (мусульмане) были обвинены и осуждены по этой статье. Даже сами надзиратели колоний исполнения наказаний (КИН) говорили таким заключенным, что «они являются заключенными президента». Убийца имеет более привелигированный статус в КИН, чем «159-ник». Как использовала власть эту статью? И в чем ее суть?

Рассмотрим лишь часть 1 данной статьи. Вот ее диспозиция:

«Публичные призывы к неконституционному изменению существующего государственного строя, захвату власти или отстранению от власти законно избранных или назначенных представителей власти либо к неконституционному нарушению единства территории Республики Узбекистан, а равно распространение материалов такого же содержания».

Самым примечательным в ст.159 УК РУз можно считать то, что в ней перечень так называемых криминальных посягательств начинается с общеизвестного слова “публичные” (лат. - общественные). “Публика” (лат. - народ) - это не просто любое сборище людей как на базаре или чайхане, а такая их совокупность, деятельность которой обусловлена конкретной общностью прав и интересов, в силу чего их как бы общее дело обращается в достояние граждан общества, или как это звучало на языке римлян: в “рес-публику” (деяние всех).

Таким образом, состав преступления должен кроме соответствующих призывов, как минимум, уличить наличие ПУБЛИКИ, наделенной правом и возможностями радикально изменить достояние общества, а не просто толпу (греч. - охлос), по тем или иным поводам недовольную последствиями управления.

Короче, с первого слова ясно, что ст.159 УК РУз изначально не может быть предъявлена основной массе населения в качестве обвинения. Но это еще не все. Самое потрясающее в том, что в узбекской версии настоящей статьи это понятие (публика) трактуется с точностью до наоборот («очиқдан-очиқ»), другими словами “предназначенной для всех”, а не публике.

Следующее слово диспозиции данной статьи, наделяя смыслом состава публики, уточняет, во-первых, что публика должна находиться при осуществлении своей прямой общественной миссии, а во-вторых, что обвиняемый должен каким-то образом возглавлять ее или, как минимум, быть ее лидером, так как призыв - это лаконичная форма РУКОВОДЯЩЕЙ идеи.

Армия, милиция, прокуратура, СНБ, хокимияты (и т.д.) есть примеры ПУБЛИКИ, каждая из которых является совокупностью людей, у которых деятельность обусловлена конкретной общностью прав и интересов. Следовательно, статья 159 точно применима к лидерам (руководителям) этих организаций, если они призовут подчиненных к свержению власти И.Каримова, а не простым мусульманам.

Пример 2. Читая приговор суда над тремя мусульманами из Хорезма, я чисто случайно обратил внимание на русскую и узбекскую версии диспозиции статьи 141 УК РУз (обе версии содержатся в одной книге) и с удивлением обнаружил, что эти версии противоположны, противоречат друг другу.

Статья 141. Прямое или косвенное нарушение или ограничение прав, или установление прямых или косвенных преимуществ граждан в зависимости от их пола, расы, национальности, языка, религии, социального происхождения, убеждений, личного или общественного положения.

В узбекской же версии слова «в зависимости» записаны как «независимо». Об этом я сообщил Акмалу Саидову, доктору юридических наук, директору Национального центра по правам человека Узбекистана. В своем кабинете при мне он открыл УК и убедился в правоте моих слов.

Какая бы версия ни была неверной, в нормальном государстве по закону осужденные по данной статье немедленно освобождаются из заключения. Я письменно обратился к Генеральному прокурору с требованием выпустить трех хорезмийцев на свободу. Ответ не последовал, заключенных не выпустили из тюрьмы.

Итак.

Основной «заслугой» И.Каримова перед народом, государством и демократией (смотреть: статья 1 Конституции РУз) является создание в постсоветском пространстве самой репрессивной, карательной, притворной и никакого отношения не имеющей к правам человека (в том числе религиозным правам) системы органов прокуратуры, СНБ, милиции и судов, тесно связанные между собой преступными корпоративными интересами, коррупцией и т.д. С ней могут сравниться разве что подобные системы в Туркменистане, Бирме, Зимбабве и других государствах мира с человеконенавистническими режимами. Эта система, как социальная база, бдительно поддерживает и оберегает единоличную власть И.Каримова.

Кто надоумил И.Каримова в выборе внутреннего и внешнего врагов государства сказать трудно. Как представитель советско-коммунистического режима, который на дух не переносил религиозные убеждения людей, возможно он сам сделал этот выбор. Его выбор пал на верующих-мусульман и поэтому самые беспощадные репрессии обрушились именно на данную часть населения страны. Как было сказано выше, с 1993 года власти взахлеб стали говорить и писать об исламском экстремизме, терроризме, фундаментализме и стали готовиться к массовым чисткам. Власть не только стала внедрять в мозг людей «ужасы» этих измов в самом Узбекистане, но и активно стала говорить об этом с высоких международных трибун.

Однако, власти необходимо было добиться потока «признательных показаний» от самих мусульман. Этого можно было добиться только с помощью жестоких пыток, устрашений и других унижающих достоинство человека методов. Пытки были возведены в ранг государственной политики. Статья 23 (Презумпция невиновности) УПК РУз потеряла всякий смысл, узбекское правосудие полностью перешло на рельсы средневековой европейской инквизиции – к ПРЕЗУМЦИИ ВИНОВНОСТИ.

Внешним врагом для Узбекистана стали опять-таки верующие-мусульмане в лице Исламского движения Узбекистана (ИДУ). Хотя созданная 15 лет тому назад данная организация, провозгласившая своей целью свержение власти И.Каримова, ничего путного в этом направлении не сделала, но она великолепно сыграла роль внешнего врага в пользу узбекского политического режима. Миф И.Каримова и его спецслужб, придуманный ими в начале 90-х годов прошлого столетия, работает по сей день.

На Западе притворность политики И.Каримова понимали единицы. Относительно исламского экстремизма и терроризма спецслужбы западных демократических стран оперировали только информацией, полученными от СНБ Узбекистана. Об этом впервые стал говорить посол Великобритании в Узбекистане госп. Крейг Мюррей. Он писал, что об исламском экстремизме в Узбекистане спецслужбы США и Великобритании оперируют сведениями, полученные от своих узбекских коллег, а информация о принадлежности обвиняемых мусульман к тем или иным экстремистским группам получена от них путем применения к ним жестоких пыток в органах следствия прокуратуры, СНБ и милиции. Это его утверждение стоило ему карьеры – МИД Великобритании его уволило.

К сожалению, имидж И.Каримова как борьца против экстремизма и терроризма у западных госчиновников и ряда экспертов еще сохраняется. Несмотря на то, что ряд международных неправительственных организаций, изданий и групп экспертов, выявляющие рейтинги государств по основным направлениям деятельности их власти, а также глав этих государств, Узбекистан из года в год занимает один из последних мест, западными руководителями оставляется без внимания. И.Каримов, используя такие факторы как (1): заинтересованность Запада в энергоресурсах Узбекистана; (2): серьезные трения во взаимоотношениях между Россией и Западом; (3): борьба против терроризма, продолжает проводить политику государственного террора против своего народа, особенно против мусульман за их религиозные убеждения.

Есть ли в Узбекистане экстремистки настроенные люди? Занимаются ли они террористической деятельностью? Да, безусловно, есть. Общество без таких людей почти не бывает. Экстремистски настроенных людей хватает и в США, Великобритании, Германии и т.д. Это не только мусульмане, проживающие в западных странах, но и немусульмане – первым отношение спецслужб этих стран крайне негативное, а вторых стараются не замечать. Можно без преувеличения сказать, что в Узбекистане главными экстремистами и террористами являются хокимияты, прокуратура, СНБ, милиция и судебные органы. Почему организации, а не люди? Потому, что гостеррор осуществляют не отдельные работники этих госучреждений; осуществление террора над населением возложено на всю организацию, на каждую из вышеперечисленных. Смею утверждать, что экстремистов и террористов среди населения Узбекистана не больше чем в любой стране Европы. Как неонацисты не делают политическую погоду в Германии, так и в Узбекистане простые экстремисты и террористы не способны делать политическую погоду.

Политическую погоду в Узбекистане создает государственный терроризм. Основываясь на философскую аксиому «Насилие порождает насилие» можно утверждать, что ответное насилие населения против власти неизбежно. Как бы не был живуч государственный миф, рано или поздно люди распознают о нем правду. Миф требует к себе постоянного внимания и, естественно, постоянной поддержки себя. Мощная пропагандистская кампания, развернутая в СМИ Узбекистана по внедрению в сознание населения мнения власти об, якобы, организации исламскими террористами взрывов в Ташкенте 16 февраля 1999 года, может убедила обывателей, но никак специалистов, экспертов и просто образованных людей.

В деле репрессий против верующих-мусульман правоохранительные власти вошли в такой раж, что, как говорят, «правая рука не ведала что делает левая». Вот типичный пример. 7 июля 1998 года Ташкентский городской суд по уголовным делам проговорил 24-летнего верующего-мусульманина Ботира Нурматова к смертной казни. Ночью с 19 на 20 марта 1999 года, через три дня после взрывов в Ташкенте, в дом Нурматовых ворвалась большая группа спецназовцев в масках, с автоматами. Возглавлял группу подполковник МВД Жалилов. Перепуганным родителям Ботира Нурматова он заявил, что пришел арестовать их сына. Те, крайне удивившись, сказали, что их сын более 7 месяцев назад приговорен к расстрелу и сидит в Таштюрьме. По словам Хатиры Нурматовой, матери Ботира, положение ворвавшихся силовиков от услышанного напоминало последнюю сцену гоголевского «Ревизора».

Миф И.Каримова, однако, продолжает жить. Сам же И.Каримов последовательно, причем строго, продолжает его поддерживать.

Часть 2. Давид Якобсен и беженцы-узбеки в Казахстане

По чьему-то хотению судьбы узбека Давида Якобсена (на самом деле Алишера Абдуллаева, милиционера из Ташкента), оказавшийся в Норвегии в качестве беженца, и 29 узбеков-беженцев, содержащиеся в изоляторах временного содержания (ИВС) Комитета национальной безопасности (КНБ) и Департамента внутренних дел (ДВД) города Алматы, тесно переплелись. Нет, они к друг другу никакого отношения не имеют: Д.Якобсен – бывший милиционер, они (беженцы в Казахстане) – верующие-мусульмане, из разных регионов Узбекистана.

Кто эти люди, которые, почему-то, очень хотят или заинтересованы их (Д.Якобсена и группц из 29 мусульман) связать одной крепкой веревкой в один пучок, примерно известно. Это – ответственный чиновник из Управления Верховного Комиссара по делам беженцеы (УВКБ) ООН из Женевы, его коллега по работе, представляющий УВКБ ООН в г.Алматы, чиновники из Миграционной службы (МС) Республики Казахстан по г.Алматы и ... наша славная узбекская журналистка Галима Бухарбаева. К этим уважаемым людям, мнения которых непрерикаемы, можно добавить и Генеральных прокуроров Узбекистана и Казахстана, чьи мнения стоят выше международных законов о беженцах.

Кого из себя представляет Давид Якобсен – мы почти ничего не знаем. О его деятельности в Ташкенте в качестве милиционера – тем более. Знаем только то, что сейчас им занимается суд Норвегии, куда судьба его занесло в 2002 году. По словам госпожи Гулсары Алтынбековой, чиновницы МС г.Алматы, Д.Якобсен получил тогда сертификат политического беженца через офис УВКБ ООН в г.Алматы. Из норвежских сайтов стало известно, что это не так. Дело в том, что Д.Якобсену норвежские власти отказали предоставить убежище. Следовательно, он проник в Норвегию не по линии УВКБ ООН. Тогда, как пишут официальные сайты, он женился на чеченке, которая имела право проживания в этой стране, и норвежские власти дали ему «вид на жительство».

У меня много друзей и знакомых, которые живут в европейских странах, США и Канаде. Среди них немало специалистов с довольно высокой квалификацией. Но многие из них – безработные, и живут на пособия, выделяемые правительствами этих стран. Я решительно отвергаю выпады некоторых людей, которые пытаются это обстоятельство объяснить как дармоедство, лень работать, отсутствие желания освоить язык и т.д. В случае же с Д.Якобсеном мы видим совершенно другую картину. Оказывается, у него в Норвегии был успешный бизнес, в его предприятии работали 30 человек, и он недавно продал свое предприятие на чуть меньше миллиона долларов.

Какие версии я рассматриваю относительно Д.Якобсена, ища ответ на вопрос: «Как и с какой целью он оказался в Норвегии?». Первая версия связана с мифом И.Каримова, что исламский экстремизм и терроризм угрожают Центральной Азии, и в частности Узбекистану. Я уже выше писал, что государственный миф требует, чтобы его постоянно поддерживали: взрывами, вооруженными нападениями, информационной подпиткой, выступлениями с высоких международных трибун и т.д.

Исторический пример: В начале 20-х годов прошлого столетия, после большевикского переворота в России, в стране начался массовый отток населения в зарубеж, в основном - интеллигенции и военных. Эти люди в разных странах организовывались в диаспоры. Всероссийская Чрезвычайная Комиссия (ВЧК -первородитель КГБ) направляла в эти страны своих людей, внедряя их в эти диаспоры, которые изучали умонастроения, планы и другие стороны деятельности беженцев, а собранную информацию переправляли в «Центр».

ИДУ свою роль выполняет, но этого мало. Голоса беженцев из Узбекистана, которые все активнее разоблачают преступный режим И.Каримова, звучат все сильнее. Это очень опасно для режима. Необходимо в глазах демократической общественности мира перевернуть на 180 градусов понятие «беженец из Узбекистана», представить их как террористы. Таким образом, бывший милиционер Алишер Абдуллаев, он же Давид Якобсен, мог бы посланным в Норвегию с особой миссией, ведь Норвегия, как и Швеция, является основным государством, которое больше всех принимает политических беженцев.

В поддержку своей версии могу привести пример. После андижанских событий Зойир Шарипов, руководитель отдела по борьбе с терроризмом УВД Джизакской области оказался в Нью-Йорке, где живет по сей день. У немалых джизакцев-мусульман крови он попил, подвергая их страшным пыткам, истязаниям, из-за которых люди погибали. Беженец ли он? Ничего подобного! В свое время З.Шарипов повышал свою «квалификацию» в США – в начале 90-х годов это государство пригласило группу сотрудников правоохранительных органов из Узбекистана, где их обучали методам борьбы против терроризма. С какой целью его отправили в США жить предположить не трудно.

После терактов в феврале 1999 года США выделили немалые деньги СНБ Узбекистана для борьбы против терроризма. Я узнал об этом из письма группы сотрудников, кажется, Иллинойского университета. Мне было предложено ответить на 10 вопросов, один из которых был такой: «Отразился ли позитивно данный грант, выделенный СНБ Узбекистана, на деятельности правозащитных организаций?». Более кощунственного вопроса я не встречал, он меня просто потряс. Я не смог себя заставить ответить на письмо из США.

Относительно Давида Якобсена немаловажны три следующие вопросы: (1) «имеет ли он отношение к исламу, кроме того, что может сказать «я – мусульманин»?; (2) почему он примкнул к, так называемым, террористам?; (3) «откуда у него деньги?» - эти вопросы озадачивают многих, и меня тоже.

На первый вопрос я бы ответил «нет». «Прозревших», т.е. понявших истинный суть режима И.Каримова и как-то с ним борющихся милиционеров, прокуроров, эС-эН-Бэшников, судей буквально единицы, но есть. Вряд ли Алишер Абдуллаев один из них. Я знаю одного милиционера, который ушел из милиции без принуждения и стал правоверным мусульманином. Но он на большой срок брошен в тюрьму.

Что подвигло Алишера Абдуллаева примкнуть к курду и уйгуру, которых норвежские власти подозревают в терроризме? Если вы, уважаемый читатель, поддерживаете мою первую версию, не находите ли вы в ней ответ на только что поставленный вопрос (2)?

Думаю, ответ на вопрос (3) непосредственно вытекает из той же первой версии.

Вторая версия: Из-за мудрой политики И.Каримова давно многие мечтают покинуть Узбекистан в поисках лучшей доли. Их много в России, Казахстане, европейских странах и т.л. Есть среди беженцев и такие наши соотечественники, которые для получения статуса беженца спекулируют такими событиями как андижанская резня, хотя они не имеют к тому событию никакого отношения. К какой категории беженцев из Узбекистана относится Алишер Абдуллаев пока нам не известно. Но ясно одно: А.Абдуллаев никакой не беженец, он приехал в Норвегию самостоятельно.

Третью версию может выдвинуть честный человек, который лично знал милиционера Алишера Абдуллаева, человек, который был знаком с его милицейской деятельностью. Пока суд не установит его виновность или невиновность, мы что-либо категоричное сказать о нем не можем.

В цивилизованном мире человека за убеждения не судят, если он, следуя этим убеждениям, не совершит преступное деяние. Его не станут обвинять за призыв к определенным действиям и в том случае, если этот призыв не является призывом к насилию, геноциду, межнациональной или межрелигиозной розни, войне. Что такое, например, фундаментализм, какую угрозу представляет он обществу, легко ли доказать, что человек является фундаменталистом и он, поэтому, способен совершать любые преступления? Обратимся к Википедии.

Фундаментализм (от лат. Fundamentum — основание) — общее наименование крайне консервативных философских, моральных и социальных течений. Одним из вариантов данного течения является фундаментализм религиозный. Основными его идеологическими положениями являются необходимость строгого следования предписаниям, установленным в религиозных священных книгах, недопустимость критики, либо либерального толкования указанных текстов. (Конец).

Помимо исламского фундаментализма, о чем сейчас модно говорить во всем мире, существуют еще ярко выраженные протестантский, католический, православный, иудейский, индуистский и прочие религиозные фундаментализмы. Так как, используемая И.Каримовым идеалогия независимости также является своеобразной религией, богом в ней считающий самого себя, во что все 20 лет он принуждает народ Узбекистана верить, я бы назвал ее каримовским фундаментализмом.

Итак. Человек, который строго следует предписаниям, установленным в религиозных священных книгах, может считаться фундаменталистом по убеждению. А кто и как докажет, что он строго следует предписаниям, установленным в религиозных священных книгах? Никто и никак, кроме Всевышнего. Далее. Человек, недопускающий критику, либо либеральное толкование указанных текстов, также может считаться фундаменталистом. Но как некое лицо-фундаменталист может недопустить критику или либеральное толкование указанных текстов, одного человека, двух, десяти, тысяч людей? Никак! Одного человека, двух, он может избить, на худой конец – убить, но это уже не фундаментализм, а уголовнонаказуемое преступление.

Наконец, человек может призывать людей к строгому соблюдению предписаний, установленных в религиозных священных книгах, но этот призыв не является преступлением, так как в данном случае отсутствует ПУБЛИКА, т.е. совокупность людей, деятельность которых обусловлена конкретной ОБЩНОСТЬЮ ПРАВ и ИНТЕРЕСОВ. Иними словами, нет наличия ПУБЛИКИ, наделенной правом и возможностями радикально изменить достояние общества. Причем призывающий-обвиняемый должен каким-то образом возглавлять эту публику или, как минимум, быть ее лидером, а публика должна находиться при осуществлении своей прямой общественной миссии.

Директор или завуч школы, ректор, проректор или декан университета, директор или главный инженер завода, не говоря уже о министрах обороны и МВД, Генеральном прокуроре, председателем СНБ (и т.д.), а также руководителей подразделений этих структур, могут призывать своих подчиненных (учителей, профессоров и студентов, рабочих, солдат, ...) вооружиться для свержения власти.

Чисто политическая уголовная статья 159 УК РУз оказалась настолько неудачной, что для предъявления обвинения конкретному человеку по ней правоохранительные органы вынуждены подбросить в дом или машину этого человека 2-3 (или больше) патрона, огнестрельное оружие, гранату или на худой конец пачку листовок или религиозную литературу, а также подложить в его карманы наркотики. Однако, ни один из этих предметов не могут играть роль призыва к свержению власти.

Таким образом, уголовные статьи УК РУ в которых содержится термин «фундаментализм», утверждения некоторых уважаемых международных и казахстанских организаций, а также досточтимой Галимы Бухарбаевой о том, что 29 узбекских беженцев являются фундаменталистами, - полная туфта. О Генеральном прокуроре Узбекистана и поддерживающего его в вопросе об этих беженцах Генеральном прокуроре Казахстана – и говорить нет смысла.

Об экстремизме, понятии более обшем чем понятие фундаментализм, думаю, порассуждают сами уважаемые читатели. Я же ограничусь лишь приведением его одного определения из Векипедии и некоторыми своими суждениями.

Экстремизм (от фр. extremisme, от лат. extremus — крайний) — приверженность крайним взглядам и, в особенности, мерам (обычно в политике). Среди таких мер можно отметить провокацию беспорядков, гражданское неповиновение, террористические акции, методы партизанской войны. Наиболее радикально настроенные экстремисты часто отрицают в принципе какие-либо компромиссы, переговоры, соглашения. Росту экстремизма обычно способствуют: социально-экономические кризисы, резкое падение жизненного уровня основной массы населения, тоталитарный политический режим с подавлением властями оппозиции, преследованием инакомыслия. (Конец).

Так и хочется повторно привести, еще раз записать здесь последнюю фразу данного определения. Не о каримовском режиме она сказана? Если и есть в Узбекистане экстремисты, то кто их породил? «Росту экстремизма способствуют ...»: в определении говорится, что «обычно политика власти привержена к крайним взглядам и особенно мерам», т.е. власть, способствующая росту экстремизма, сама превращается в главного экстремиста.

«Наиболее радикально настроенные экстремисты часто отрицают в принципе какие-либо компромиссы, переговоры, соглашения». О ком в Узбекистане это сказано? О партиях «Бирлик», «Эрк», «Озод дехконлар», «Исламское возрождение», правозащитной организации Общество Прав Человека Узбекистана, или же о власти? Ответ однозначен: о ВЛАСТИ.

Если не считать ряда митингов Народного движения «Бирлик» (НДБ) 1989-92 годов и пикетов ОПЧУ 2001-05 годов, ни одна вышеперечисленных организаций не занималась устраиванием провокаций беспорядков, гражданского неповиновения, террористических акций, партизанской войны. Во что горазд власти Узбекистана, то это – подавлять любое недовольство населения, возбуждать уголовные дела по поводу, а в значительной степени – без повода. Уголовное дело, возбужденное в отношении фотожурналиста Умиды Ахмедовой тому подтверждение.

Кто или какая организация отрицала и отрицает в принципе какие-либо компромиссы, переговоры, соглашения с властью? Ответ также однозначен: сами ВЛАСТИ. ОПЧУ так и не было зарегистрировано в Узбекистане с момента своего создания (2 февраля 1992 г.) до своей регистрации во Франции (21 октября 2008 г.). У партии «Озод дехконлар» аналогичная судьба – не имеет госрегистрацию в Узбекистане до сих пор. Партия «Исламское возрождение» была разгромлена сразу же после ее создания, а ее лидер Абдулла Утаев, увезенный сотрудниками СНБ из дома, пропал безвести. Зарегистрированные в 1991 году НДБ и «Эрк» уже через два года абсолютно незаконно были лишены своих госрегистраций со стороны нетерпящих оппозицию властей.

Вернемся к теме. Основные выводы:

1) Заявление журналистки Галимы Бухарбаевой, опубликованное на ее сайте www.uznews.net о том, что «судьба 29 беженцев-мусульман из Узбекистана, находящихся под арестом в Казахстане и угрозой экстрадиции на родину, оказалась связанной с Норвегией, где судят узбека за связь с "Аль-Кайдой" и терроризм» абсолютно не соответствует действительности;

2) Никто не имеет права говорить о беженцах-узбеках в Казахстане, что они являются фундаменталистами и террористами до тех пор пока это не докажет НЕЗАВИСИМЫЙ СУД. Именно независимый суд, а не суд Узбекистана. Мы считаем, что в авторитарном Казахстане суд не может быть независимым.

3) Мы считаем, что выдача 29 узбеков-мусульман властям Узбекистана ляжет несмываемым ПОЗОРОМ на власти Казахстана, УВКБ ООН и на тех, кто в этом вопросе их поддерживает.

2010-11-10

Admin
Admin

Number of posts : 1240
Join date : 04/02/2010

Foydalanuvchi profili http://stopdictatorkarimov.com

Yuqoriga Go down

Avvalgi mavzu Keyingi mavzu Yuqoriga


 
Permissions in this forum:
Bu forumdagi mavzularga javob bera olmaysiz